Один день в Тарусе (Рукопись из архива)

В Тарусе многие годы после репрессий жила Анастасия Ивановна Цветаева - писательница большой драматической судьбы. Когда мы проезжали мимо на автобусе, кто-то показал в окно и объяснил, что вот там, в глубине переулка, в избушке-развалюхе жила Анастасия Ивановна.

Но на развалюху посмотреть не было времени. Роль экскурсовода исполняла дама с хорошо настроенной прической. Все слушали внимательно, и я даже записал некоторые обрывки ее пояснений.

- Марина вернулась из запретов и забвения поэтом первой величины. Вы знаете о том, что Анастасия отработала 25 лет в железной системе ГУЛАГа? Ее арестовывали за принадлежность к семье царского профессора, который, кстати сказать, не занимался политикой, а нес народу просвещение как патриот и защитник русской культуры.

Теперь снята секретность с известий о том, что такой беспощадной эксплуатации женщин, которая была организована в Советском Союзе в системе сталинского ГУЛАГа, еще не знал мир.

Тяжелая каторжная доля выпала и Анастасии Цветаевой, как многим тысячам женщин из среды культурной интеллигенции. Об этом говорят и пишут теперь открыто, поражаясь порядкам, при которых в стране существовала система доносов и подозрительности.

...В тот день в Тарусе мне представилась возможность познакомиться и часов пять побыть рядом с сыном Анастасии Цветаевой, Борисом Андреевичем Трухачевым. Среди всех экскурсантов он был самым легендарным человеком.

Многие сожалели о том, что на торжественном собрании в день пятидесятилетия со дня гибели Марины не было ее сестры Аси, она не могла преодолеть такой маршрут, осталась тосковать в Переделкино со своей подругой - поэтессой Евгенией Филипповной Куниной.

Об этом говорил Андрей Борисович, накануне побывавший у своей матушки в Переделкино – матушка настраивалась поехать, но врач посоветовал лучше не беспокоится и не срываться с места, так как множество острых волнений, ярких встреч могло оказать нелегкое последствие на здоровье. Анастасия Ивановна послушалась врача и осталась в доме отдыха.

Андрей Борисович находился в окружении журналистов, каких-то писателей, он давал интервью на магнитофонную запись и просто произносил длинные пояснения. Из них я понял, что он много времени посвятил тому, чтоб найти место захоронения Марины Ивановны Цветаевой на старом кладбище в Елабуге. Но пока поиски не увенчались успехом.

Он сделал замер и съемку окраины кладбища, где хоронили безродных и людей без прописки, предположительно, в этой части обрела свое место его тетушка Марина. Главную надежду Андрей Борисович в этих непростых поисках возлагал на каких-то специалистов-археологов, использующих рентгеносъемку старых захоронений, и ему обещала какая-то компания из Америки помочь провести исследование. В те часы об этом говорилось разными людьми, всем хотелось, чтобы нашлась могила Марины Цветаевой.

Андрей Борисович мне понравился всем своим видом. Он был в легкой осенней шляпе и простом плаще. Черный костюм, пуловер, белая рубашка с галстуком. Лицо простое, строгое, можно сказать, остроносое, с небольшими подрезанными усами, внимательные глаза.

Когда он говорил, то казалось, ему не хватало воздуха. Я это заметил, кода слушал его со стороны, и по возможности сделал несколько кадров фотоаппаратом.

Проведенный день в Тарусе был наполнен яркими впечатлениями и незабываемыми встречами. Они стоил того, чтобы к ним вернуться и описать заслуживающие внимания моменты одного дня, проведенного в Тарусе, связанного с именем Марины Цветаевой.

А. Реутов, 1997г.

Фото А. Реутова

{gallery}2020/43_27.10.2020/15-odi_den{/gallery}